05.03.2013, 08:07

У нас в гостях "Свой вариант". Поэзия.

Петр Владимиров | Все новости автора

   Мы с вами познакомились с прозой журнала №18. Теперь предлагаю - поэзию. Выборка делалась по географическому принципу, как и в прозе. Кто ближе к нам. По качеству... одному определять сложно и не корректно.

    Владимир Предатько Северодонецк
                        ***
   Сховав гіркоту понад шляхом полин,
Мечі назавжди повростали в долоні,
Втомились Софія, Бахмут, Чигирин,
Втомилась земля. і втомилися коні.
Над тим що було щось шепоче трава,
Та постать стоїть – вартова бездоганна,
То хто ж вона буде? Праматір? Вдова?
Уже невід’ємна частина кургану.
Стоїть і мовчить, бо життя тут чуже.
Заклякла повіки, немов у полоні.
Історію краю свого береже
В якомусь старечому напівпоклоні.
Крізь марево часу своє вигляда,
Уже не земне, а далеке, космічне...
Колись ця красуня була молода,
Стоїть і мовчить про життя потойбічне.
Залишилось все у далекій порі,
У Дикому Полі, мов тінь легкоплинна...
Кружляє невтомно шуліка вгорі,
Та ген коло яру сумує калина.
ПРИДІНЦЕВЕ ПОРУБІЖЖЯ
Примарилось за прірвою часів,
Що спокою немає коло броду –
Затоптаний геть берег аж просів,
Де коні п’ють з Дінця холодну воду.
То здалеку, з туманної імли,
(Бо зношені тавровані підкови),
Шляхами прапрадавніми пройшли
Володарі приреченої мови.
Тріщали поміж ребрами списи
Та люди шаленіли до нестями.
Чорнилом із кривавої роси
Історія писалась. Та мечами.
Не всім у тих розвагах повезло,
Це знають Прикінцеві степ і кручі.
Їх без числа тут воїв полягло,
З того й земля тепер така родюча.
А може то мені наснився сон,
Що з давнини тривожно докотився...
Мене хотіли взяти у полон,
Та я іще тоді не народився.
      ***
    Орден Славы утверждён Указом Президиума Верховного Совета СССР
от 8-го ноября 1943 г., и состоит из трёх степеней. За время войны только
Орденом Славы третьей степени были награждены 997 815 человек. Изготовлен
полностью из серебра. На рынке я увидел орден Славы третьей степени за № 722
 115. Очевидно, он был вручен герою перед самой Победой.
    Лежит на торгах беззащитно-красив
   Отсветом победного счастья,
Ушедшего века военный архив –
Свидетель войны и ненастья.
Прицельным огнём зацепили меня
Копателей черных находки –
Как искры слепые святого огня
Значки, ордена и колодки.
Я бережно в руки награду беру
И чувствую тяжесть прохлады,
Зачем ты на рынке лежишь на юру?
И кто был хозяин награды?
Среди непутёвой мирской суеты
Потомкам случайно достался,
На нём шестизначные числа видны –
722 115.
 Растаяли в буднях Священной войны
Защитников строгие лица,
Они издалёка уже не видны,
Их жизней ушла колесница.
Торговой палаткою стала страна,
Совсем растерявшись в бедламе,
Снесла на продажу свои ордена,
А вышло, что продана память.
Убитого века мольбы не слышны,
Здесь впору стране разрыдаться…
Лежит на продажу осколок страны.<

    Елена Кисловская Дружковка
    БАЛЛАДА О ПАДШЕМ АНГЕЛЕ
Летел и думал;
«Смогу помочь»:
Любил и верил –
и день, и ночь.
Отдать – до капли,
вернуть – зачем?
Нет сил – иссякли,
помог не всем.
Прощал обманы
и ждал: поймут.
Что людям раны?
Ещё кольнут.
В любви услышал:
«Попроще будь,
наивен слишком,
свет звёзд забудь».
Взлетал и падал.
Вдруг понял он,
что с верой в Правду
смешон… Смешон!
Тогда в последний
он раз взлетел
и больше верить
не захотел.
Привык. Обжился.
Обрёл покой
и стал терпимым
ко лжи любой.
Семья и дети.
Доволен всем.
Правдив стал в меру,
и в меру смел.
Когда же ночью
болит душа,
из дома выйдет
и не спеша
приладит крылья,
взмахнет, взлетит…
Вернется – спрячет.
Переболит.
                    * * *
   Когда смеётся женщина от счастья,
На небесах прощается ей всё.
Ведь счастье – это с кем-то соучастье
В той ноше бед, упрёков и несчастий,
Которые по жизни мы несём.
Когда смеётся женщина от счастья,
Она открыта для любви и света,
В тот миг она пред Вечностью в ответе,
Ей все по силам, что угодно стерпит,
Спасти сумеет от любой напасти.
Когда смеётся женщина от счастья, –
Прости Господь, и не судите, люди:
Ей так нужны забота и участье,
Уверенность_____, что лишнею не будет.
СКРИПКА
Женщине
Она ожидала долго.
Из футляра её нередко
Доставали. Любуясь, вздыхали,
Возвращали: «Проще – верней».
Среди многих себе подобных


    Не могла показаться броской,
Взгляд невольный не привлекала,
Лик от времени потускнел.
Но в мерцающе-тусклых изгибах
Сотворенного Мастером тела
Тайну Духа хранила безмолвно
И любых заклинаний верней.
Но однажды по ней пробежали
Чьи-то чуткие, нервные пальцы
И, не веря, ещё раз вернулись
К грифу, струнам,
погладили лак…
Ожидаемое свершилось:
Слившись с телом,
душа встрепенулась
Птицей, вырвавшейся на волю,
И запела. Но как…
Но как!
   * * *
    Не натопчите походя в душе,
Пусть даже в ней и не
стерильно чисто,
И даже самый пошленький
сюжет
Сыграйте с виртуозностью
артиста.
Не опускайтесь до удобства
лжи –
Удобство это призрачно и зыбко:
Чтоб совесть вы сумели
заложить,
Поманит золотой игривой
рыбкой.
Я о любви, пожалуй, промолчу,
Она ведь людям, как талант
даётся.
Себя вверяют ей не на
чуть-чуть,
Но до тех пор, покуда
сердце бьётся.


    Юрий Коломиец г. Счастье
   ЗОВ СЕВЕРА
Заповедный, дикий, необжитый,
Покорённый мужеством людей,
Крайний север, все мои открытья
С яркой далью связаны твоей.
Ты зовёшь меня к себе зимою
Долгим завыванием пурги.
Буйным летом, шалою весною,
Ароматным запахом тайги.
Треском дров в охотничьей избушке,
Сном коротким около огня.
Чаем из простой походной кружки,
Что спасал от холода меня.
Манишь ты просторами седыми,
Чистотой своих бурлящих рек,
Тропами звериными глухими,
Где ни разу не был человек.
Верными друзьями на маршруте,
Кто не раз в походе горячо
В самую тяжёлую минуту
Подставлял надёжное плечо.
В грозном шуме звонких перекатов,
В снеговом безмолвии хребтов
Слышу я тревожный и набатный,
Сердца стук и твой призывный зов.
ГРУСТНО МНЕ ...
Запуржило, закрутило, занавесило
Белым покрывалом Колыму.
Я смотрю в окно, и мне невесело,
Грустно мне, не знаю, почему.
Может, оттого, что дни весенние
Где-то позади остались там,
Молодость, любовь, и вдохновение,
И полёт к заоблачным мечтам.
Может, оттого, что стал разлучен
Пущей Беловежскою с семьёй,
Может, потому, что стал измучен
Вместе с разворованной страной.

    Может, потому, что там, за тучами,
Будущее прячется во тьме.
И надежды нет, что станут лучшими
Годы, что ещё остались мне.
Может, потому, что провожаю
Множество испытанных друзей,
Тех, которых с Севера пинают
Сапоги безжалостных вождей.
Может, потому, что жизнь торопится,
Не могу уже за ней поспеть,
А ещё так много сделать хочется
И ещё так многое успеть.
А метель звенит прекрасной песнею,
Украшая снегом Колыму,
Красота! А мне совсем не весело –
Грустно мне, не знаю почему.
СЧАСТЬЕ
Внучка спит у деда на руках,
Безмятежно разбросав ручонки.
С радостной улыбкой на губах:
Снится что-то доброе девчонке.
Добрый принц, красавица княжна
И Руслана славная победа –
Из прекрасной сказки, что она
Только что услышала от деда.
Дед сидит, стараясь не дышать,
Проронить боясь хотя бы слово,
Чтобы сон прекрасный не прервать,
Горд собой, хоть выглядит сурово.
Мало дней хороших видел он,
Счастье обошло его сторонкой.
Вот и мысли только об одном:
«Пусть оно достанется девчонке».
Василий Кузьменко Красный Луч
   ПЛАМЕННЫЙ ВЗГЛЯД
   Мимолётный один только взгляд...
Сколько в нём красоты и огня!
Обожгла ты случайно меня.
Я ж растаять под ним буду рад.
     Отогрей моё сердце, молю!
Растопи в нём отчаянья лёд,
Ведь любовь здесь давно не живёт,
Покорившись судьбы февралю.
Взглядом знойным со мной согреши,
Полыхни, словно в небе заря,
Не скупись – он зажжётся не зря,
Озаряя глубины души.

Литература: 
field_vote: 
0
Голосов пока нет