21.07.2014, 13:18

Если люди сдают военные части без боя, я считаю, что это измена в чистом виде - В.Ярема

Леся Матвеева | Все новости автора

facebook tweeter live rss

Генпрокурор Виталий Ярема встретился с "Украинской правдой" после завершения Совета национальной безопасности, в ходе которой президенту Порошенко доложили о сбитом самолете "Малайзийских авиалиний" над Донецкой областью. Довольно откровенный во время разговора, Ярема признается, что не поддерживает введение военного положения.

Он принимает в огромном офисе Генпрокурора, который занимает чуть ли не половину этажа в новом здании на ул. Резницкой. Кабинет сконструирован таким образом, что когда Ярема сидит в кресле, он не видит, кто заходит к нему - напротив двери смонтирована колонна. Соответственно, и посетитель, заходя в кабинет генерального, не видит его.<

Ярема быстро показывает все, что понастроил себе Пшонка - здесь и комната с беговой дорожкой, гантелями и ковриком для йоги, парикмахерское кресло, комната отдыха. Есть даже помещение, о функциональном назначении которых Ярема до сих пор не догадывается.

Пшонка был помешан на собственной безопасности - в его кабинет был проведен индивидуальный лифт, а в дебрях комнаты отдыха есть еще один, построенный по специальной технологии, который должен был эвакуировать хозяина кабинета в случае пожара.

Ярема согласился на интервью после публикации "Украинской правды" о бегстве бывшего депутата Шепелева прямо из больницы скорой помощи. Но разговор начался с того, о чем говорилось на заседании Совбеза, откуда только что вернулся Ярема и где обсуждалось падение сбитого малайзийского самолета над Донбассом.

- Есть ли шанс у украинских правоохранительных органов расследовать теракт, который произошел с самолетом "Малайзийских авиалиний"?

- Как только мы выбьем террористов с этой территории, будет полное и объективное расследование. Сейчас его осуществлять очень трудно. Но фиксация этого события происходит в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, собираются соответствующие доказательства.

Мы сейчас будем обращаться к международным организациям, которые обладают спутниками, и зафиксировали, оттуда полетела эта ракета. То, что это сделано или русскими, или террористами с российской военной техники - это однозначно. Украинских подразделений ПВО в этом месте нет, и мы не используем средства ПВО в зоне АТО.

- Это могли быть украинские "Буки", например, которые, как заявляли террористы, они захватили на территории воинских частей Донецка?

- Военные докладывают о том, что у террористов нет наших "Буков". То есть наша военная техника в виде зенитно-ракетных комплексов "Бук"С300 у нас не пропадала в зоне активных действий АТО.

- А вообще происходит документирование преступлений на территории Донецкой и Луганской областей сейчас?

- Этим занимается как СБУ, так и другие правоохранительные органы, которые остались верными украинской присяге. Работают прокуратура Луганской и Донецкой областей и прокуратура южного региона, которая фиксирует преступления, совершенные нашими военными.

- Мустафа Найем был свидетелем и писал в "Украинской правде", как на его глазах украинские военные убили украинского гражданина, который был водителем. Как часто такие преступления имеют место?

- Я сейчас статистику не могу вам назвать. Их много, этих уголовных производств. В том числе, обращаются люди, когда на блокпостах по отношению к ним совершаются какие-то противоправные действия украинскими военными.

В ближайшее время мы обнародуем информацию по самолету ИЛ-76, который был подбит террористами. Там была серьезная халатность. И военные, которые организовывали этот полет, будут нести уголовную ответственность.

Кроме того, задержан и арестован судом по подозрению в совершении преступления командир воинской части Национальной гвардии - это конвойный полк - который оставил часть в Донецке. Там к террористам попало около 2 тыс. единиц огнестрельного оружия. Он мотивировал свои действия тем, что сохранил жизнь военным Национальной гвардии.

- Как, по вашему мнению, правильно поступать в таких ситуациях?

- Человек, который надел погоны и дал клятву на верность украинскому народу, всегда должен быть готов умереть и отдать свою жизнь. Это судьба правоохранителей, которые идут на задержание преступников. Это удел военных, которые идут в бой.

Они для этого в мирное время получают деньги, чтобы во время защиты страны стояли на смерть. И если люди сдают военные части без боя, я считаю, что это измена в чистом виде.

Надо принимать меры и профилактические, потому что задержание командира воинской части - это пример остальным командирам, что если будете сдавать оружие, если будете сдаваться террористам, то вы будете привлечены к уголовной ответственности.

Мы задержали по подозрению в совершении преступления "хищение государственного имущества" директора Киевского бронетанкового завода, который средства, выделенные для изготовления БТРов, сбросил на фирму, так называемую однодневку или фиктар.

Это "назидание" тем руководителям предприятий концерна "Укроборонпром". Особенно в нынешних условиях, когда у страны нет средств, когда на вес золота каждый патрон и каждый бронежилет, воровать средства - это преступление против государства, против собственного народа.

Раньше это происходило десятилетиями - разворовывалось военное имущество, даже были созданы т.н. подразделения по избыточному имуществу в министерстве обороны. В итоге продали все, что можно было, а сегодня людям приходится складываться, чтобы закупить бронежилеты.

- Экс-заместитель министра обороны Богдан Буца упоминался в историях, касающихся приобретения горючего для армии. Он фигурирует в уголовных процессах?

- Мы еще проводим дополнительные расследования, связанные со злоупотреблениями руководства Минобороны, начиная где-то с 2000 гг., когда уничтожалась украинская армия, продавалось имущество, продавались земельные участки. Поэтому мы расследуем не только вопросы по Буца, но и по остальным руководителям. Причастности Богдана Эммануиловича Буца к хищению пока не установлено.

Там, где есть государственные средства, нужно проводить ревизии. Сегодня финансовая инспекция Минфина завалена запросами, поэтому нужно длительное время для того, чтобы выявить убытки, а без этого невозможно привлечь людей к ответственности.

- Были сообщения о том, что возбуждено производство против должностных лиц Антимонопольного комитета, который тормозил закупку бронежилетов. Что с этим делом?

- Мы сделали проверку - Антимонопольный комитет действовал исключительно в рамках своих полномочий. Вины как таковой у них не было, т.е. надо было принять соответствующие законодательные акты, которые бы позволяли срочно провозить через границу эти бронежилеты и закупать. И то, что министр Коваль тогда заявил, немножко не соответствует действительности.

- Вам известны какие-то другие случаи, кроме Киевского бронетанкового завода, о злоупотреблениях в сфере ВПК?

- Да. Сегодня нами расследуется злоупотребления должностных лиц предприятий "Укроборонпрома", в частности, Житомирский бронетанковый завод, на хранении которого находилось 78 БМП. Они разукомплектованы, там сняты трансмиссии, двигатели. Там убытки около 12 млн грн.

Есть уголовное производство по Харьковскому танковому заводу им. Малышева, там также выявлены серьезные злоупотребления. Пока превентивных мер по отношению к руководству этих предприятий не употребляли.

- Существует ли формула, по которой лидеры террористов могли сложить оружие и освободиться от ответственности?

- На это вам никто не даст ответа. Этот вопрос впервые возник, когда в Донецке было захвачено помещение облгосадминистрации, я туда выезжал и работал там несколько дней, встречался с Ахметовым, с Пушилиным. По-моему, и Бородай был. Мы сидели до 4 часов утра в Donbass Palace, вели переговоры.

Они выражали все свои домыслы, что Донбасс должен быть отдельно в Украине. Я вник внутрь их проблем. И нельзя сказать, что они сегодня действуют правильно, но есть некоторые вещи, на которые мы опоздали реагировать. Это тонкие материи, которые касаются каждого региона. Надо было нам раньше прийти, вместе с ними сесть и разобраться, какие же проблемы их интересуют.

- Ахметов имел отношение к их поддержке?

- Мне кажется, что к АТО этот человек имел отношение ко всему. Он влиял на политику этого региона, на его предприятиях работает 300 тыс. человек. Это большая армия, на которую он имел влияние. Сегодня, мне кажется, он потерял контроль над ситуацией.

- Полный?

- Пожалуй, не полный. Полный контроль будет потерян тогда, когда разбомбят его дом.

- Вам не показалось в ходе этих ночных переговоров, что Ахметов был на стороне этих сепаратистов?

- У него была одна фраза - мы садились вчетвером, впятером за стол, и он говорит: "Ребята, Донбасс - это Украина. Точка. А теперь начинаем разговор". Как только они начинали говорить: "Да нет, подождите, у нас русский язык, мы страдаем, нам сюда не дают деньги, нас не воспринимают" и так далее, он снова говорит: "Стоп. Донбасс - Украина. Точка. А теперь начало разговора".

- То есть он не финансировал террористов - даже в начале?

- Я на эти вопросы не могу ответить. Если бы я видел, что он финансировал, мы бы сегодня против него проводили уголовное производство за финансирование терроризма. Но они его не слушались. Я не видел такого повиновения, чтобы он сказал: "Давайте идите оттуда", и они ушли. Мы добивались вместе с ним, и он поддерживал меня, что надо освободить помещение, надо садиться за стол переговоров, надо, чтобы Донбасс оставался частью Украины.

Но они даже этого не слышали. Они выходили, даже при мне и Ахметове, куда-то звонить - видимо, к своим патронам в Москву - и советовались. После чего возвращались и говорили: "Да нет, мы пока несогласны".

- Будет провозглашено военное положение на территориях, захваченных террористами?

 

- На заседании Совета национальной безопасности и обороны постоянно обсуждается этот вопрос. Некоторые члены СНБО поддерживают позицию относительно введения военного положения на территории зоны проведения антитеррористической операции.

Я считаю, что сегодня рано в Украине вводить военное положение - в связи с тем, что ситуация может привести к более сложным последствиям, в частности, от этого может пострадать гражданское население.

Если власть перейдет к военным, то военные не готовы выполнять административные функции по управлению территориями. При этом они будут участвовать в активных фазах борьбы с террористами.

Законодательство по борьбе с терроризмом практически идентично и дает те же самые полномочия военным. Сегодня мы понимаем, что в Украине действительно идет война с Российской Федерацией, но это грязная война, она не объявлена со стороны России.

Если эта война будет объявлена и будет прямая российская агрессия, тогда, конечно, нам надо будет переводить всю промышленность и жизнь нашей страны на военное положение. Но военное положение предусматривает изъятие имущества у граждан, ограничения прав и свобод. И сегодня, я считаю, большая часть людей все-таки поддерживает нынешнюю украинскую власть, в том числе, в Донецкой и в Луганской областях. Поэтому введение военного положения на этой территории может спровоцировать эту часть людей перейти на сторону сепаратистов.

Теги новостей: 
facebook tweeter live rss